Там был еще один политический момент. Дело в том, что Хрущев лишился своего поста беспрецедентным для коммунистического режима образом -- не вперед ногами (как было со всеми лидерами/генсеками до и после него), а в результате заговора подчиненных...
Это воистину сенсационное обстоятельство требовало исключительного политико-идеологического обоснования для партийцев и трудящихся масс, ибо:
а) все это, как не поверни, подрывало уже сложившуюся десятилетиями традицию непререкаемого авторитета (культа, непогрешимости) человека №1 в советской иерархии;
б) никто из последователей, соответственно, не хотел рецидивов.
Т. е., народу надо было объяснить, что Никита был чем-то (кем-то) из ряда вон.
Был (надо сказать -- довольно удачно) придуман инкриминируемый ему главный "недуг" -- "волюнтаризм" -- слово для простого советского человека непонятное и почти ругательное ("В моем доме попрошу не выражаться!"... Помните?

)
Такой образ Никиты -- дурачка и самодура в одном лице, все вокруг "развалившего" -- очень устраивал новые правящие элиты и намеренно эксплуатировался ими вплоть до краха КПСС.