Война в корее

[Vitali Acote]

Вообще, лучше вернуться к фактическому материалу, опустив технические подробности.

Хорошо, вернёмся к фактическому материалу, хотя тему про время полёта начали именно вы. У меня, кстати, оказалось ряд любопытных документов по данному вопросу, и если будет свободное время на рабочем месте, то может приведу их чуть позднее. А пока вернёмся с воздушным боям.

День 21.10.1951 по числу боевых вылетов для лётчиков 303 ИАД был одним из самых напряжённых в этом месяце. Первый вылет восьмёрки МиГов 17 ИАП датирован 7.18-7.34 (здесь и далее время Пекинское). Встречи с пр. не было.
Далее в период 9.05-23 наши РЛС обнаружили до 60 вражеских истр., а в 9.27-34 - до 8 бомб. под прикрытием 16 истр. На их перехват в 9.26 начался подъём 303 ИАД. Первыми шли 22 МиГ-15 523 ИАП. В 9.47 они юго-западнее Ансю встретили три восьмёрки F-86 и в коротком бою вынудили их уйти за б/ч Корейского залива.
Вторыми летели 22 МиГ-15 17 ИАП, которые беспрепятственно проскочили до Пхеньяна, где им в 9.55 попытались навязать бой ещё до 24 F-86. Наши вовремя заметили врага и достаточно легко вынудили Сейбры уйти за линию действия 64 ИАК. Своих заявок на победы и повреждений у 303 ИАД за этот бой не было.
Во второй половине дня (ориентировочно 14.10-15.05) состоялся ещё один вылет 303 ИАД, но на сей раз встречи с самолётами противника не было.

[Vitali Acote]

Теперь хотелось бы привести несколько фактов по технической стороне, чтобы закрыть ряд поднятых вопросов. В своё время при изучении документов из Фонда 64 ИАК я обратил внимание на дело № 169 (опись 174045). В нём приводится разбор технических и боевых характеристик МиГов и Сейбров где-то на осень 1952 года, то есть когда в Корее начали в массовом количестве появляться первые F-86F. Ряд материалов по Сейбрам основаны на опыте наших пилотов, но самую интересную часть, на мой взгляд, составляют собственно американские документы по данному самолёту. Откуда взялись у штаба 64 ИАК американские таблицы по лётным характеристикам F-86 не знаю, но благодаря им, мы можем закрыть ряд всплывших у нас вопросов, а именно - расход топлива по высотам и скоростям.

Как я и говорил, наибольший расход топлива у F-86 происходит на малых высотах. Все данные из таблиц давать смыла нет, приведу лишь пару-тройку характерных значений. На крейсерской скорости у F-86E следующие показатели:
высота - 0, тяга двигателя - 87%, скорость М 0,61, расход топлива - 3500 фунтов/час
высота - 20.000 футов, тяга дв. - 90%, скорость М 0,734, расход топлива - 2700 фун./ч
высота - 40.000 футов, тяга дв. - 90%, скорость М 0,79, расход топлива - 1800 фун./ч
На максимальной тяге двигателя:
высота - 0, тяга дв. - 100%, скорость М 0,76, расход топлива - 5500 фун./ч
высота - 40.000 футов, тяга дв. - 100%, скорость М 0,92, расход топлива - 2100 фун./ч
Кстати, тяги в 93% в таблице по крейсерской скорости ни у F-86E, ни у F-86F нет - там только два значения: 87% (от 0 до 15.000 футов) и 90% (от 20.000 до 40.000 футов).

Подобных данных по МиГ-15 у меня, к сожалению, нет, но, думаю, общее соотношение расхода топлива от полёта на разных высотах и с разной тягой двигателя будет плюс-минус таким же. Соответственно, можно прикинуть, как происходил расход топлива в реальном боевом вылете у лётчиков 64 ИАК и их «коллег» из 4 ИАК.

Начнём с наших истребителей. Тут всё просто - 80% времени полёта, а то и больше, пилоты 64 ИАК использовали максимальную или близкую к ней тягу двигателя. Выход на выгодную высоту полёта происходил не всегда. Расход топлива при таком подходе был весьма большим, а значит общее время вылета сокращалось по сравнению с табличными данными и сокращалось довольно существенно.

У пилотов 4 ИАК ситуация была принципиально иной. После взлёта пилоты Сейбров спокойно собирались в группы и следовали на благоприятной высоте (если не 40.000 футов, то чуть ниже) с крейсерской скоростью к Аллее Мигов. Если там было спокойно, то есть МиГи стояли на аэродромах, пилоты Сейбров продолжали полёт на весьма комфортной высоте с крейсерской скоростью. Расход топлива был минимален. При взлёте МиГов пилоты 4 ИАК повышали плавно скорость своих машин, далее, в случае начала боя, сбрасывали подвесные баки и переходили на боевой режим.

Время боя Сейбров и Мигов одного из эшелонов 64 ИАК составляло в среднем от 3 до 10 минут (иногда чуть больше), а заканчивался он в 1951 году примерно так: «F-86 со снижением ушли в сторону моря... F-86 резким снижением ушёл в сторону моря... F-86 со снижением ушли в море... F-86 начали уходить в сторону моря... » и т.д. Цитаты взял из описания в/б 523 ИАП 21.10.1951, но они абсолютно типичны для этого времени. Над Корейским заливом американские пилоты в спокойной обстановке приводили в порядок свои боевые порядки, набирали высоту и вновь возвращались в район действия 64 ИАК. К этому времени там появлялся 2-й эшелон 64-го корпуса. Далее снова был стандартный бой между МиГ-15 и F-86...

После окончания второго поединка лётчики 4 ИАК спокойно набирали выгодную высоту полёта, сбрасывали скорость до крейсерской и возвращались домой, снова расходуя минимальное количество топлива. Общее время работы двигателя F-86 на боевом режиме и полёты на малых высотах составляли порядка 20-30 минут из полутора часов или 20-30% времени. Вот так и набралась разница во времени боевого вылета между МиГ-15 и F-86 в Корее.

[Vitali Acote]

Перейдём опять к фактическому материалу. Поскольку в книге И.Сейдова есть белые пятна и по 22 октября 1951 года, внесу свои пять копеек.

Как справедливо указывают американцы 22.10.51 было два крупных воздушных боя. Утренний бой проходил вполне традиционно для этого времени. В период 8.40-45 (здесь и далее время Пекинское) наши РЛС засекли южнее Пхеньяна 40 истребителей пр., за которыми вскоре последовали и др.силы. На их перехват в 8.46 начался подъём 303 ИАД - 20 МиГ-15 523 ИАП и 20 МиГ-15 17 ИАП должны были нейтрализовать «Заслон» Сейбров, а 16 МиГ-15 18 ГИАП должны были сорвать штурмовой удар американских истр.-бомб. В общем и целом наш план сработал. В 9.10 схлестнулись с Сейбрами лётчики 523-го полка (в итоге 2 победы над F-86 засчитали Коваленко и Рыбалко), а истребители 17-го полка в это же время завязали бой с истр.-бомб. врага. Через 8 минут к району боя подошли МиГи 18-го гв.полка, но атаковать истр.-бомб. они уже не смогли: «...так как основные силы штурмовиков отошли на юг в сторону моря и остались лишь мелкие группы F-86, которые от боя уклонялись». Своих потерь и повреждений у истребителей 303 ИАД не было.

Начало второго воздушный боя описано И.Сейдовым уже более или менее точно, правда, к концу реальные события смешались с легендарными. Лучше всё же обратиться к книге: Тепсуркаев Ю.Г., Крылов Л.Е. «Сталинские соколы» против «Летающих крепостей». Хроника воздушной войны в Корее 1950-1953. Единственно, что хотелось бы ещё отметить - это, что количество наших повреждённых самолётов у И.Сейдова, на мой взгляд, сильно завышено. В полковых и дивизионном описаниях боёв речь идёт только о двух МиГ-15 из 17-го полка, которые были атакованы двумя Сейбрами уже на пути домой. Их лётчики м.Пулов и ст.л.Широков на следующий день в воздух не поднимались, а вот старшие лейтенанты Шавша и Конев из 18-го ГИАП и Шаталов из 523-го полка 23 октября приняли участие в бою наравне со всеми. В общем, с большой долей вероятности, самолёты Шавши, Конева и Шаталова 22 октября повреждений не получали.

[Transit]

Теперь хотелось бы привести несколько фактов по технической стороне

Виталий, я не стану переходить к спорам с расчетами из всяких max.endurance и combat allowance charts разных модификаций "Сейбра" дабы не засорять ветку. Будем считать, что я уже обозначил свою позицию по данному вопросу.

По 21 и 22 числам у меня только один вопрос - есть ли информация об уроне аэродрому Тайчон с нашей стороны?

Переходя к анализу 23.10.1951 г. хочу отметить неразбериху в американских документах, очень похожую на ту, что была после 12.04.1951 г. Даже несколько дней спустя ежедневные отчеты продолжали публиковать дополнения и изменения информации касаемо этого боя. Т.е. американцы продолжительное время не могли сформировать общей картины происходившего - настолько все было неожиданно и не по плану.

А план на этот день предусматривал два групповых удара по объектам в тылу противника - в 09:30 утра и в 15:00 дня. Утром наряд сил был распределен следующим образом: "Сейбры" 4 FIW выставляли заслон в районе Сончон (от XE6508 до XE9904) с целью прикрытия атак 9 В-29 307 BG по аэродрому Намси XE8922, 16 F-80 51 FIW по ж/д линии от BV4414 до BV5531, 28 F-80 8 FBW по ж/д линии от YD4897 до YD4685, 32 F-51 18 FBW по ж/д линии от YD2757 до YD3245, 12 F9F и 12 F4U КМП США по ж/д линии от YD4677 до YD5370. Всем и-б позволялось использовать до 20% боезапаса на подавление ЗА или атаку обнаруженных транспортных средств противника.
С целью обеспечения работы группы В-29 привлекались следующие силы: 32 F-84 136 FBW для непосредственного прикрытия, 16 F-84 49 FBW для подавления крупнокалиберной ЗА в районе аэродрома Тайчон YE1319 (на маршруте следования бомбардировщиков), 16 F-84 49 FBW для подавления ЗА в районе аэродрома Намси XE8922 (в районе удара бомбардировщиков).
Кроме того, патрулирование в районе Анджу от YE0060 до YE5010 вели 12 "Метеоров" ВВС Австралии.

Суммировав все отчеты и поправки можно составить следующую картину боя:
- в интервале времени 09:35-10:05 группа из 31 F-86 патрулировавшая район между Синанджу и Синыйчжу на высоте 11900 м. наблюдала и частично атаковала до 140 самолетов противника. Заявлено уничтожение 2 МиГ-15 и повреждение ещё одного без своих потерь или повреждений;
- в интервале времени 09:35-09:50 группа эскорта из 28 F-84 136 FBW обнаружила и атаковала в районе Тайчона около 50 МиГ-ов. В ходе боя заявлено вероятное уничтожение одного и повреждение ещё 7 самолетов противника. Свои потери составили один F-84E 50-1220 111 FBS 136 FBW (летчик 1st Lt. John W. Shewmaker) в первой половине боя;
- в интервале времени 09:40-09:55 группа из 26 F-84 49 FBW наблюдала около 15-20 МиГ-ов пикирующих через строй бомбардировщиков и вступила с ними в бой. Заявок, своих потерь или повреждений нет;
- в интервале времени 09:40-09:50 группа из 9 B-29 307 BG была последовательно атакована 50 МиГ-ами, которые одиночно, парами и четверками в строю колонна выполняли атаки со сквозным проходом. В отдельных случаях противник расходился с бомбардировщиками всего в 20 метрах. В результате атак 3 B-29 были сбиты, а ещё 5 получили повреждения (степень указана как major).
Бомбардировщики следовали к цели (аэродром Намси XE8922) тремя тройками (А, В и С) на высоте 7820 м. осуществляя выход с курсом Мк=289 ориентируясь по системе Shoran. Сразу после сброса бомб выполнялся отворот влево, в сторону моря (именно в этот момент группа была атакована). Строй и потери В-29 был следующим:
Группа А
1. Capt. Clarens I. Fogler (B-29 44-61816, 371 BS 307 BG, Major damage)
2. Capt. James R. Lewis (B-29 44-87760, 371 BS 307 BG, Major damage)
3. Capt. Robert M. Krumm (B-29 42-94045, 371 BS 307 BG, Destroyed)
Группа В
1. 1st Lt. William E. Reeter (B-29 44-86295, 372 BS 307 BG, Major damage)
2. Capt. James A. Foulks (B-29 44-61940, 372 BS 307 BG, Destroyed)
3. Capt. William R. Griner (B-29 44-27347, 372 BS 307 BG, Major damage)
Группа С (шла отдельно от групп А и В на удалении 5 км, была атакована за минуту до сброса бомб)
1. Capt. Thomas L. Shields (B-29 44-70151, 370 BS 307 BG, Destroyed)
2. Maj. Donald L. Field (B-29 44-86395, 370 BS 307 BG)
3. 1st Lt. Peter Dempsey (B-29 44-61824, 370 BS 307 BG, Major damage)
Стрелки бомбардировщиков заявили о уничтожении 2 МиГ-ов и вероятном уничтожении ещё 3. Результат удара по аэродрому указан как unobserved (не наблюдался), позже полученные от 67 TRS снимки подтвердили, что бомбы накрыли ВПП вдоль её оси.

Второй запланированный на этот день налет был отменен.

[Vitali Acote]

По 21 и 22 числам у меня только один вопрос - есть ли информация об уроне аэродрому Тайчон с нашей стороны?

В описаниях воздушных боёв и журналах боевых действий полков о результатах действия ударной авиации врага говорится обычно очень мало, а это именно та основа документов, которую я себе успел выписать за 4 месяца работы в архиве. Отчёты вышестоящих штабов - то есть 64 ИАК и входящих в его состав дивизий, я переписать не успел, а именно там зачастую расположена информация о результатах действий противника. Этот вопрос следует переадресовать Леониду.

В книге: Тепсуркаев Ю.Г., Крылов Л.Е. «Сталинские соколы» против «Летающих крепостей». Хроника воздушной войны в Корее 1950-1953», про итоги бомбардировки аэродрома 22 октября вроде ничего нет, а 23 октября отмечается промах американских бомбардировщиков.

[Док_М]

Добрый день!

Я рад, что работа вновь пошла.
Итак, благодаря данным Виталия, можно обобщить 21, 22 и серьёзно взяться за 23-е октября.

21 октября.
Теперь окончательно. Пробел в книге И.Сейдова можно считать закрытым.
Советская сторона указывает на два контакта с «сейбрами» - 09:47 (22 МиГ-15бис 523-го ИАП) и 09:55 (22 МиГ-15бис 17-го ИАП). Бои проведены с доминированием наших пилотов. Своих побед и потерь не было.
Американская сторона указывает на 1 бой, начавшийся (по их данным) ближе к 09:30, в котором было аж 6 заявок на повреждённые МиГи, но оставили всего две (фамилий нет).
Вероятнее всего это соответствует бою с 523-м ИАП.
Итог дня = 0 : 0 с перезачётом 0/0 : 2/0.

22 октября.
Два боя.
1) Утренний бой, в котором, согласно советским данным приняли участие лётчики 523-го (непосредятвенно бой с «сейбрами») и 17-го (бой с ИБА) ИАП.
Две победы над F-86 засчитаны Коваленко и Рыбалко. Своих потерь и повреждений нет.
Согласно американским данным, бой 523-го ИАП соответствует «..в интервале времени 09:57-10:20 группа из 32 F-86 перехватила около 50 МиГ-ов, выдвигавшихся в сторону и-б. В ходе маневренного боя заявок на победы, а так же своих потерь или повреждений нет..».
Бой 17-го ИАП - это столкновение с 26 F-80 из 8 FBW в 10:10-10:20 и контакт чуть позже с 9 F-84.
Американцы засчитали 1 повреждённый МиГ пилоту F-84.
Итог боя = 0 : 0 с перезачётом 2/0 : 1/0.
Но, как говориться, есть нюанс – в этот день по всем источникам проходит потеряный F-80С из 8 FBW:
- F-80C № 49-695, 8th FBG, 35th FBS, Hit by AAA, exploded in midair near Koma-dong and Hoechang, NK, 1Lt Louis T. Esposito, KIA/BNR
У Вас указано, что 8 FBW дважды участвовала в б/в – утром и в обед, причём утром задание было прекращено из-за МиГов, а в обед, судя по всему отбомбились..
Я понимаю так, что этот «шут» потерян в обед? Или всё же утром?

2) Дневной бой с «большими».
По американским данным «..в 15:15 группа эскорта из 24 F-84 136 FBW вступила в бой с 30 МиГ-ами над районом Синанджу. Заявок, потерь или повреждений нет. Тем не менее задача не выполнена, так как в 15:17, в 9 км с.-з. Чонгджу три МиГ-а выполнили заход на группу .. бомбардировщиков Б-29.. В результате боевых повреждений, приведших к отказу двух двигателей, экипаж B-29A 44-61656 30 BS 19 BG (командир Capt. Lyle B. Bordeaux) был вынужден покинуть самолет над морем в районе Пьёнгён-до. Все подобраны двумя летающими лодками SA-16..».
С нашей стороны есть некоторая путаница относительно повреждённых МиГов.
Так, КиТ приводят данные о лёгком повреждении 2-х МиГов из 18-го ГИАП во время атаки В-29. Виталий такой информации не имеет, однако И.Сейдов так же указывает, что были повреждены МиГи Шавшы И.И. и Конева В.А. из 18-го ГИАП.
Далее, Виталий указывает, что после боя с В-29 был бой с «сейбрами», в котором МиГи Пулова и Широкова из 17-го ИАП получили более значимые повреждения, не позволившие им назавтра подняться в воздух. Американцы действительно подтверждают контакт, но указаний на победы нет: «..в 15:35 "Сейбры" наблюдали в квадрате YD0680 группу из 8 МиГ-ов без боевого контакта (хотя в некоторых источниках говориться о бое с МиГ-ами)..».
Полагаю, что всё же следует признать лёгкие повреждения 2-х МиГов 18-го ГИАП в бою с В-29 (2 источника) и повреждения 2-х МиГов 17-го ИАП в бою с «сейбрами» при отсутствии американских заявок в принципе (забавно…)
Что касается В-29, то автор победы над единственным потерянным В-29 один – подп. Сморчков, который видел падение горящего бомбардировщика и сыплющийся из него экипаж:
- B-29A № 44-61656, 19th BW, crashed into Yellow Sea, entire crew (12) rescued by SAR effort after bailing out over Yellow Sea
Повреждения ещё 2-х В-29 американская сторона не подтверждает, как я понял. Как и не находят подтверждения засчитанные 3 F-84.
Итог боя = 1 : 0 с перезачётом 5/1 : 0/4.

23 октября.
«Чёрный вторник».
Данных вроде бы немало, но хотелось бы больше. По американцам (время потери каждого из В-29 и единственного F-84) и по нашим (обстоятельства атак по F-84).
Пока же можно сказать, что победы над F-84 засчитаны лётчикам всех 3-х полков 303-й ИАД (всего 4 победы).
Прошу Виталия привести описания атак и фамилии пилотов, кому записаны победы над В-29 и F-84 – всех их нет у КиТ.
У И.Сейдова есть авторы побед над В-29, но практически ничего нет о F-84.
Итак, Виталий, если есть возможность, прошу Вас привести описание атак всех наших лётчиков, кому засчитаны победы над В-29 и F-84.
Что касается американцев, то ту может помочь только Transit.

Пока мне не ясно, кто из звеньев В-29 первым попал под удар. Можно предположить, что всё же звено «С», т.к. получается, что его атаковали сразу перед сбросом бомб. Остальных – уже на отходе.
Если это так, то получается, что 18-й ГИАП атаковал именно «С» и тогда на счету Сморчкова и Корниенко борта № 44-70151 (потерянный В-29 Томаса Шилдса) и № 44-61824 (повреждённый Питера Демпси).
В звене «С» повреждённых В-29 больше не было, как и побед над В-29 у 18-го ГИАП, что так же подтверждает версию о сопоставлении «С» и 18-го. Кроме того, у И.Сейдова есть указание, что бомбардировщики после атаки «..начали сбрасывать бомбы и разворачиваться в сторону моря..». А ведь звено «С», как приводит Transit, было атаковано буквально перед сбросом, который, очевидно и увидели пилоты МиГов.
К сожалению, нет описания стрельб Сморчкова и Корниенко, как нет и описания 2-х побед над F-84 (1 у Щукина?).
Надеюсь на Виталия..
Что касается остальных звеньев, то надо знать время повреждения и описания атак их самолётов, чтобы сопоставить с нашими.
Есть некоторые характерные «маркеры» в советских победах (по И.Сейдову).
- Так, Оськин атаковал В-29 дважды, в т.ч. второй раз – на встречных, после чего наблюдал «..горение левого крайнего мотора самолета В-29..». Встречки с В-29 редки, поэтому то должно бы найти отражение в американском тексте.
- Николаев А.Н. из 17-го говорит, что атаковал В-29 дважды в одиночку, оторвавшись от ведущего и, якобы, ему принесли записку от стрелка со сбитого В-92, описавшего как раз атаку одиночного МиГа. Интересный момент, может, есть что у американцев?
Так же можно предположить, что победа Рыбалко над F-84 (523-й ИАП) вряд ли реальна, т.к. и.Сейдов указывает, что она не подтверждается ФКП и дистанция стрельбы = 1550 - 720 м.

Кроме того, не совсем ясно, что стало с остальными 5 повреждёнными В-29. Их все восстановили, Transit?
У КиТ вот указано, что целый ряд американских авторов (напр. Ларри Дэвис) говорит о том, что списаны были потом они все…
Так как на самом деле-то? Сколько потеряно окончательно реально? И когда потерян F-84 Шьюмекера?



Так же, Вы упомянули про ночную атаку реактивных истребителей на В-29. Однако, первые реактивные «ночники» вступили в дело намного позже.
Но уж раз зашла про них речь, то следует отметить, что ночные бои уже шли (по И.Сейдов, «Ночные сражения в Корейском небе», М.2013):
1) 16 сентября 1951-го – кап. Галышевский, 351-й ИАП с 800-1000 м. обстрелял цель, опознанную им, как В-26. Результатов не наблюдал.
В KORWALD есть то, что привёл Сейдов, утверждающий, что В-26 упал в р-не Синге-Сончон «от ЗА»:
- B-26B № 44-4539, 452nd Bmb Wg (L), 730th Bmb Sq
2) 4-5 октября 1951-го – ст.л-т Давыдов, 351-й ИАП. Обстрелял двухмоторную цель с большой дистанции. Результатов не видел. И.Сейдов вновь приводит данные из KORWALD и они соответствуют:
- F7F-3N № 80513, MAG-12, VMF(N)-513.
Пилот спасся, оператор погиб. Причина – пожар на борту.
Лётчикам полка эти победы засчитаны не были, т.к. нет результатов стрельбы, но тем не менее, что можете сказать?
3) 12-13 октября. Первая официальнаая победа – В-62, кап. Симко. Атакованный самолёт загорелся, упал и взорвался. Ночью должно быть видно отлично. И вновь есть в KORWALD:
- F7F-3N № 80444, MAG-12, VMF(N)-513.
Причина – пропал без вести на пути домой. Пилот спасён (странно, что нет при этом точной причины), оператор пропал.
4) 21 октября. Кап. Симко. В-26. Наблюдал разрывы на левой плоскости и фюзеляже после 3-ей атаки, затем потерял.
Записана, как подбитый. В KORWALD есть только F-7F, но у этого типа нет задней стрелковой точки. В-26 в этот и последующий день не терялись.

Так что скажете, коллеги по этим фактам? Как будем писать и считать? А это надо – затем «ночники» будут чаще..

ИТАК, жду уточнений от ВСЕХ по 23-му и мнений по «ночникам».
Предлагаю до окончательного разбора 23-го не идти вперёд.
Мне очень понравилось, считаю большим делом, как мы разобрали ранее первый «большой день» САК с потерей 4-х В-29 – всё чётко, ясно, с персонализацией и временем.
Хотелось бы так и сейчас – немного таких побед было, чтобы их просто «замылить».

[Vitali Acote]

Советская версия боя 23 октября 1951 года. В качестве основы взято корпусное описание этого боя из книги: Тепсуркаев Ю.Г., Крылов Л.Е. «Сталинские соколы» против «Летающих крепостей». Хроника воздушной войны в Корее 1950-1953» [в квадратных скобках дополнения из полковых описаний].
«В период 8:10-8:30 (9:10-9:30) нашими РТС на высотах 6500-8000 м на рубеже КАЙСЮ-КИНСЕН-ЙСЕН-ИОТОКУ было обнаружено 8 групп самолетов противника, в составе от 8 до 32 самолетов в группе, в общем количестве до 200 истребителей типа Ф-86, Ф-84, Ф-80 и Глостер "Метеор-4" и две группы бомбардировщиков по 10-12 Б-29, которые в период 8:35-9:04 (9:35-10:04) нанесли сосредоточенный бомбо-штурмовой удар в районах: штурмовики - АНСЮ, ХАКУСЕН, ТЭЙСЮ с высот от 4000 м до бреющего полета, и бомбардировщики - по аэродрому НАНСИ с высоты 7000 м (Бомбы упали в 2 км южнее аэродрома; аэродром невредим).
Действия штурмовиков и бомбардировщиков обеспечивались истребительным "заслоном" в составе 40 Ф 86, патрулировавшим в районе КИДЗЙО-СЕНСЕН на высотах 8000-10000 м, и непосредственным патрулированием в составе до 80 истребителей на высотах 6000-9000 м. Всего в налете участвовало до 200 истребителей и 22 бомбардировщика.
ЗАМЫСЕЛ ПРОТИВНИКА:
С целью нарушения снабжения корейско-китайских войск и вывода из строя аэродромов ТАЙСЕН и НАНСИ, нанести сосредоточенный бомбо-штурмовой удар по мостам, переправам, ж.д. перегонам и строящимся аэродромам, применив для этого большо количество штурмовиков и бомбардировщиков, действующих под сильным прикрытием истребителей.
РЕШЕНИЕ КОМАНДИРА:
Оценив обстановку, командир 64 ИАК решил: сосредоточенный налет бомбардировщиков и штурмовиков противника отражать составом двух дивизий корпуса, путем последовательного ввода их в бой.
В соответствии с этим решением, 303 ИАД в составе 17, 18 и 523 ИАП (58 МиГ-15) составляла первый эшелон и имела задачей нанести удар по основной группировке бомбардировщиков и штурмовиков противника;
324 ИАД в составе 176 и 196 ИАП (26 МиГ-15) составляла второй эшелон корпуса, с задачей наращивания сил в бою и обеспечения выхода из боя частей 303 ИАД. 351 ИАП составлял резерв командира корпуса...
... В 8:12-8:16 (9:12-9:16) части корпуса заняли готовность № 1. В 8:24-8:33 (9:24-9:33), по команде с КП ИАК, была поднята в воздух 303 ИАД в составе 17 ИАП (20 МиГ-15) под командованием майора МАСЛЕННИКОВА, 18 ГвИАП (20 МиГ-15) под командованием подполковника СМОРЧКОВА и 523 ИАП (18 МиГ-15) под командованием майора ОСЬКИНА.
В 8:40-8:45 (9:40-9:45) , по команде с КП ИАК, была поднята в воздух 324 ИАД в составе 176 ГвИАП (14 МиГ-15) под командованием полковника ВИШНЯКОВА и 196 ИАП (12 МиГ-15) под командованием майора МИТУСОВА...
... Полки 303 и 324 ИАД производили сбор способом разворота на 90 град. и 180 град. вдоль правого берега реки Ялуцзян. После набора высоты 5000-6000 м, части курсовым способом направлялись в район АНСЮ-ТАЙСЕН. Наведение наших истребителей осуществлялось с КП ИАК, ИАД и ВПУ № 2. Главное внимание при этом было обращено на их наведение на группы бомбардировщиков.
Боевой порядок 303 ИАД состоял из ударной и прикрывающей групп, следующих в "колонне" полков в пределах зрительной видимости. В ударную группу входили 523 и 18 ИАП, в прикрывающую - 17 ИАП. Старшим дивизионной группы был назначен подполковник СМОРЧКОВ.
Боевой порядок 324 ИАД так же состоял из ударной и прикрывающей групп, следующих в "колонне" полков на удалении 6-7 км. В ударную группу входил 196 ИАП и в прикрывающую - 176 ГвИАП. Старшим дивизионной группы был назначен полковник ВИШНЯКОВ.
В 9:40 (10:40)18 ГвИАП, следуя на высоте 8000 м во главе ударной группы, в районе 20-25 км восточнее ГИСЮ на встречных и встречно-пересекающихся курсах встретил истребительный "заслон", силами до 40 Ф-86, следующих в боевом порядке "змейка" восьмерок, восьмерки в "пеленге" звеньев, звенья в "пеленге" пар.
В это же время командир группы подполковник СМОРЧКОВ впереди слева на высоте 5000 м обнаружил 8 Б-29, следующих в боевом порядке "фронт", с интервалами между самолетами в 40-50 м, с курсом на юг, под непосредственным прикрытием до 30 Ф-84, находящихся справа, слева, сзади и выше на 600-800 м по отношению строя бомбардировщиков, группами по 6-8 самолетов.
Оценив обстановку, командир группы приказал: составом 1 и 3 АЭ (14 МиГ-15) связать боем истребителей Ф-86, а 2-й АЭ (6 МиГ-15) - атаковать бомбардировщиков. По команде командира группы наши истребители вступили в бой согласно принятого решения. В результате боя, по докладам летчиков и данным фотоконтроля было сбито 2 Б-29 и 2 Ф-84.[1В-29 Сморчков Д.1200-330 R-0/4-1/4, 1В-29 Корниенко Д.1100-600 R-1/4, 1F-84 Мазнёв Д.1000-800 R-2/4, 1F-84 Щукин Д.200 R-1/4 (самолёт взорвался в воздухе)]
В 9:43 (10:43) 523 ИАП (18 МиГ-15) под командованием майора ОСЬКИНА, следуя на высоте 9000 м в составе ударной группы за 18 ГвИАП, в районе 20-40 км юго-западнее ТАЙСЕН заметил на высоте 7000 м 8 Ф-86, следовавших на пересекающихся курсах. Довернувшись звеном вправо на 90*, впереди, слева, на высоте 5000 м обнаружил 9 Б-29 и до 40 Ф-84, Ф-86 и Глостер "Метеор-4".
Боевой порядок Б-29: ведущее звено, три самолета, в плотном строю "клин", ведомая шестерка - на 4000-5000 м сзади и справа по отношению ведущего звена, в боевом порядке "фронт" (6 Б-29 являлись группой, которую атаковали наши истребители). Истребители непосредственного прикрытия располагались: 8 Глостер "Метеор-4" - впереди на 2000-3000 м, правее на 1000-2000 м и с превышением 600-800 м по отношению к Б-29; Ф 84 находились слева, справа и сзади, на удалении 1000-2000 м по отношению к Б-29, по 4-8 Ф-84 в группе. Две группы по 8 Ф-86 в боевом порядке "пеленг" звеньев патрулировали справа, сзади Б-29, на высоте 8000 м, на удалении 10-15 км от них. По команде ведущего полк вступил в бой с бомбардировщиками и истребителями противника.
В результате воздушного боя, по докладам летчиков и данным фотоконтроля было сбито 5 Б-29 и 1 Ф-84. Свои потери: сбит ст. л-нт ХУРТИН, которого атаковали 4 Ф-86 в районе 15-20 км северо-западнее АНЬДУН при возвращении его на свой аэродром... [2В-29 Оськин Д.1600-900 R-3/4 и Д.730-440 R-0/4, 1В-29 Бахаев Д.880-215 R-1/4, 1В-29 Дьяченко Д.800-340 R-1/4, 1В-29 Шеварёв Д.1760-400 R-1/4, 1F-84 Рыбалко Д.1550-730 R-1/4 (ФКП не подтв.)]
В 9:45 (10:45) 17 ИАП (20 МиГ-15) под командованием майора МАСЛЕННИКОВА, следуя в группе прикрытия, на высоте 8500 м обнаружил на встречно-пересекающихся курсах группу до 20 Ф-86, следовавших слева, выше на 500 м по отношению к МиГ-15, в боевом порядке "колонна" восьмерок и четверок. В это же время экипажами полка на высоте 7000 м были обнаружены 11 Б-29 [8 Б-29, прикрытых истребителями] под прикрытием истребителей типа Ф-84 и Глостер "Метеор-4". Боевой порядок бомбардировщиков состоял из "колонны" отрядов (первый отряд - три самолета в строю "клин", второй и третий - по 4 Б-29, в строю "ромб"). Непосредственное прикрытие, до 20 Ф-84, располагалось сзади и сверху, по 4-8 самолетов в группе. 8 Глостер "Метеор-4" следовали впереди колонны бомбардировщиков на 1000-2000 метров.
Оценив воздушную обстановку, командир группы принял решение: составом 2-й и 3-й АЭ атаковать истребителей "заслона" (20 Ф-86), а 1-й АЭ нанести удар по бомбардировщикам противника. По команде ведущего полк вступил в бой.
В результате воздушного боя, по докладам летчиков и данным фотоконтроля было сбито 3 Б-29, 1 Ф-84 и подбит 1 Б-29. Своих потерь нет. Самолет МиГ-15, пилотируемый ст. л-нтом НИКОЛАЕВЫМ, во время воздушного боя получил 1 пулевую пробоину. [1В-29 сбил и 1В-29 подбил Николаев Д.1000 R-1/4 и Д.600 R-0/4-1/4, 1В-29 Бычков Д.1300-860 R-0/4, 1В-29 Быков Д.1000 R-0/4-1/4, 1F-84 Шулев Д.500 R-2/4-3/4].
176 ГвИАП, выйдя в район АНСЮ на высоте 8000 м и не обнаружив противника, развернулся вправо и пошел в направлении острова СИНБИ-ТО.
В 10:08 (11:08), в 10 км восточнее острова, полк обнаружил два Ф-80 и два Ф-86, которые были обнаружены звеном капитана СУЧКОВА. Бой прошел безрезультатно, так как истребители противника после первой атаки ушли в облака.
196 ИАП, находясь над районом СИНГИСЮ, на высоте 7000 метров, обнаружил один Ф-86, который пытался атаковать пару МиГ-15 303 ИАД, отходящую из района боя. При довороте группы на Ф-86, последний прекратил сближение, переворотом, на повышенной скорости ушел в направлении моря. Подойдя группой к району АНСЮ, на высоте 8000 - 9000 м, ведущий был информирован, что противник отходит на юг. Следуя в этом направлении, полк встречи с противником не имел.
Атаки наших истребителей по бомбардировщикам и истребителям противника, в основном, проводились с задней полусферы, под ракурсами от 0/4 до 3/4, огонь велся с дальностей от 1000 до 400 метров, двумя-тремя средними очередями с использованием подвижной сетки прицела. Атаки по самолетам противника проводились составом звеньев и пар, с осуществлением взаимодействия между собой на всем протяжении боя по принципу взаимной поддержки. Бой наши истребители вели на вертикальном маневре. Управление осуществлялось командирами групп, эскадрилий и звеньев.
В период 9:48-10:08 (10:48-11:08), по расчетному времени, с КП корпуса для каждого полка была подана команда на выход из боя...
...На отражение сосредоточенного налета авиации противника вылетали 84 МиГ-15, в воздушном бою участвовали 72 летчика, стреляли - 36. Время ведения воздушного боя частями составляло 10-15 минут.
В результате воздушного боя было сбито 14 самолетов противника, из них: 10 Б-29, 4 Ф-84, и один Б-29 подбит. Наши потери - один экипаж МиГ-15 (ст. л-нт ХУРТИН).
Расход боеприпасов: снарядов Н-37 - 865 шт.
снарядов НС-23 - 2619 шт.
Метеоусловия: облачность 8-10 баллов, высотой 3000-4000 метров, видимость до 10 км.»

[Vitali Acote]

Я тут снова попробовал разобраться в перипетиях воздушного боя 23 октября 1951 года, и кое-что стало проявляться, ну, во всяком случае, мне так кажется. Если изначально я совсем не видел соответствия между нашим и американским описаниями, то теперь обозначились некоторые точки соприкосновения. Завтра попробую набросать свои мысли, но хотелось бы уточнить ряд вопросов.

Во-первых, хочу правильно воссоздать порядок В-29. Вот в этой фразе он же указан так:

Строй и потери В-29 был следующим:
Группа А
1. Capt. Clarens I. Fogler (B-29 44-61816, 371 BS 307 BG, Major damage)
2. Capt. James R. Lewis (B-29 44-87760, 371 BS 307 BG, Major damage)
3. Capt. Robert M. Krumm (B-29 42-94045, 371 BS 307 BG, Destroyed)

Я это понимаю следующим образом: левый край - B-29 44-61816 (Capt. Clarens I. Fogler), центральная позиция (ведущий) - B-29 44-87760 (Capt. James R. Lewis), правый край - B-29 42-94045 (Capt. Robert M. Krumm). Я прав? Или нужно считать как-то иначе?

Во-вторых, хотелось бы разобраться по номерам двигателей – откуда шёл отсчёт на В-29? Слева на право, а значит первым, соответственно, является крайний левый двигатель, или как-то иначе?

В-третьих, сумело ли последнее звено «С» догнать два первых к концу боя, или оно так и оставалось в одиночестве?

[Leonid Krylov]

Даю информацию по ночным боям Ла-11.

До осени 1951-го года противодействие ночным операциям ВВС США в Корее оказывала только зенитная артиллерия. Однако ее сил для надежной защиты всех наиболее важных и уязвимых объектов оказалось недостаточно. Практически с самого начала войны Северокорейскую ночную систему ПВО решено было усилить, также, за счет советской истребительной авиации. Для более надежного прикрытия таких объектов, как аэродромы в районе Аньдун и Чхонсу, мосты через р. Ялуцзян у Синыйджу, ГЭС Супхун в темное время суток, директивой Военного Министра СССР Nо 640644 от 21-го мая 1951-го года в состав 64-го ИАК был включен 351-й истребительный авиаполк, вооруженный самолетами Ла-11.
Пилоты 351-го ИАП уже имели опыт боевого применения своих "Лавочкиных" против реального воздушного противника. В первой половине 1951-го года полк под командованием Героя Советского Союза В.Н. Макарова находился в правительственной командировке в Китае. Наши пилоты переучивали на Ла-11 китайских летчиков и, одновременно, с воздуха прикрывали г.Шанхай и прилегающие к нему районы. В марте апреле истребители полка уничтожили в воздушных боях четыре самолета гоминьдановских ВВС: два бомбардировщика B-25 "Митчел" и два истребителя F-51 "Мустанг".
В июне 1951-го года 351-й ИАП базировался на аэродроме Саншилипу на Ляодунском полуострове, арендованном Советским Союзом у КНР для размещения военно морских и авиационных баз. Перед отправкой в зону боевых действий полк перешел на «корейский» штат 15/39. Командование полком принял подполковник Иван Андреевич Ефимов. В 23 июня 351-й ИАП из Дальнего перебазировался на аэродром Аньшань, имея в своем составе 32 летчика и 11 Ла-11. Доукомплектование до положенных по штату 30 боевых самолетов происходило за счет частей ВВС, расположенных на территории СССР и полностью закончилост в первой половине августа. Прибывшие 20 Ла-11 оказались в неудворитворительном состоянии – имели дефекты, не были выполнены некоторые доработки по бюлютеням. Технический состав в кратчайшие сроки привел самолеты в боеготовое состояние и в дальнейшем отказов матчасти не было ни в небе, ни на земле. Хуже обстояло дело с подготовкой летного состава. Из 32 пилотоа лишь четверо могли летать ночью, да и то, только по «кругу» и в «зону».
С 26 июня на новом месте базирования летчики приступили к изучению и освоению района боевых действий, изучению тактики противника и интенсивной летной подготовке днем и ночью. Летный состав привыкал к местным погодным условиям и отрабатывал ночные перехваты в лучах прожекторов и при свете луны. Об интенсивности подготовки говорят следующие цифры: до 25 октября, то есть за 4 месяца пилоты 351 ИАП выпоснили 4750 полетов, проведя в воздухе 2137 часов, в том числе ночью 2302 вылетов с налетом 994 часа. Налет в сложных метеоусловиях (СМУ) составил 200 часов. В среднем на одного летчика пришлось по 40 летных часов (31 полет) днем и по 33 часа (77 полетов) ночью. К сожалению, интенсивная боевая подготовка не обошлась без потерь. 8-го августа при выполнении учебного перехвата в СМУ попала в ураган пара Гурилов Ковалев. На аэродром вернулся только "Лавочкин" старшего лейтенанта Ковалева. Самолет старшего лейтенанта Гурилова вместе с летчиком разбился в манчжурских сопках.
К началу осени полк был готов к ночным боевым действиям, и с 9-го сентября приступил к выполнению поставленных задач. В приказе командира 64-го ИАК, которому напрямую был подчинен 351-й ИАП, эти задачи формулировались следующим образом: "...в течении темного времени суток уничтожать одиночные самолеты БА противника и его разведчиков в районах АНСЮ АНЬДУН, действуя в СПП, с напряжением 10 самолетовылетов в ночь." 10-го октября эта задача была подтверждена Боевым приказом командира Корпуса № 019.
Прикрытие охраняемых объектов осуществлялось способом патрулирования. С наступлением темноты одиночные Ла-11 вылетали из Аньшаня с интервалом 30 50 минут и направлялись в зоны ожидания светового прожекторного поля (СПП). В зонах "Лавочкины" находились от 30 и минут до одного часа. С момента взлета и до посадки каждый истребитель 351-го ИАП проводил в воздухе от полутора до двух часов. Значительную долю полетного времени "съедала" дорога от аэродрома до зон патрулирования и обратно Аньшань находился в 170 км от корейско китайской границы. В случае резкого возрастания угрозы налета на охраняемые объекты, одиночный патрулирующий Ла-11 не мог служить надежным прикрытием. Большое же удаление аэродрома базирования от зоны боевых действий не позволяло своевременно нарастить силы наших истребителей. Поэтому в начальный период боевых действий 351-го ИАП 6-8 самолетов за 20-30 минут до наступления темноты перелетали на передовой аэродром Аньдун, а утром улетали обратно. Эта мера позволяла при необходимости быстро увеличивать состав патруля до 4-х самолетов, одновременно находящихся в зонах патрулирования. Наращивание сил производилось подъемом дежурных истребителей с аэродрома Аньдун.
"Корейский" боевой счет 351-го ИАП открыл начальник воздушно стрелковой службы полка капитан Симко. В ночь с 12-го на 13-е октября, патрулируя в своей зоне, капитан Симко получил информацию с командного пункта Корпуса, что по направлению к нему идет B-26. Через некоторое время КП перестал информировать летчика о полете противника, так как "Инвэйдер" резким снижением вышел из зоны обнаружения наших РЛС. Продолжая визуальное наблюдение, в 19:20 (20:20 СК) капитан Симко увидел разрывы реактианых снарядов и, определив по ним примерное направление полета противника, пошел на сближение. Как только B-26 вошел в СПП, его сразу же осветили прожектора. Оказалось, что Симко находится позади "Инвэйдера" на дистанции 1000-1500 м с превышением 500-600 м. Набрав на снижении скорость, наш летчик быстро сблизился с противником и сбил его.
21-го октября капитан Симко вновь перехватил B-26. Однако на этот раз "Инвэйдер" был только поврежден.
Во время патрулирования в 22:38 СК (в «Боевых действиях полка» приводится время 21:10, что соответствует 22:10 СК) капитан Симко в лучах прожекторов обнаружил В-26 и трижды его атаковал, при стрельбе наблюдал разрывы на левой плоскости и фюзеляже. После первой атаки стрелок В-26 открыл беспорядочный огонь, который перекратился после второй атаки. Последняя атака выполнялась со 100-метровой дистанции, в ходе неё, проскакивая из-за болшьшой скорости самолет противника, Симко видел на киле номер 26. После 3-й атаки «Инвэйдер» вышел из СПП и наш летчик его потерял. Симко продолжал патрулирование до 23:15 (00:15 СК), когда получил команду с КП идти на посадку.
16-го ноября сбил B-26 командир 2-й АЭ 351-го ИАП капитан Душин. Во время патрулирования в 19:50 (20:50 СК) он обнаружил освещенный прожекторами В-26 и атаковал его. После второй атаки наш летчик наблюдал сильный дым из правого мотора. После 4-й атаки «Инвэйдер» вышел из СПП. Во 2-й, 3-й и 4-й атаках огонь велся с дистанции 200 м под ракурсом 1/4-2/4. Общий расход боеприпасов составил 117 снарядов НС-23. В 20:20 (21:20 СК) Душин получис с КП команду идти на посадку.
В конце 1951-го года в ночном небе Северной Кореи произошли существенные изменения. Ударная сила Дальневосточных ВВС США, - средние бомбардировщики В-29 "Суперфортресс", - во второй половине октября потерпела сокрушительное поражение в дневных воздушных боях с МиГ-15 64-го ИАК и практически полностью перешла на ночные действия. Интенсивность их полетов в темное время суток постоянно возрастала. В ноябре 1951-го РЛС 64 го ИАК зафиксировали севернее рубежа Пхеньян-Вонсан 364 ночных пролета бомбардировщиков. В декабре их было зафиксированно уже 529 - почти в полтора раза больше! B-29 поодиночно и группами с больших высот наносили удары по северокорейским аэродромам, мостам, переправам, ж.д. станциям, складам, портам и другим тыловым объектам.
Пытаясь противодействовать ночным рейдам американских бомбардировщиков, пилоты 351-го ИАП за два последних месяца 1951-го года выполнили 230 одиночных вылетов на патрулирование и перехват самолетов противника, но только в 12-и из них нашим летчикам удалось вступить в бой. Единственная встреча с B-26 16-го ноября закончилась победой капитана Душина, остальные воздушные бои, проведенные с B 29, были безуспешными.
28-го ноября в 21:40 (22:40 СК) капитанам Карелину и Голышевскому удалось атаковать один B-29. При отражении налета "крепостей" в районе Синыйджу бомбардировщик был взят в "клещи" лучами прожекторов. Сбросив бомбы, "Суперфортресс" со снижением начал уходить от цели. Пилотам 351-го ИАП удалось обстрелять его с большой дистанции. Вырвавшись из прожекторных лучей, атакованный самолет ушел в темноту. B-29 был засчитан как подбитый. Однако, в личной беседе с одним из авторов, И. П. Голышевский отрицал факт подбития бомбардировщика - со слишком большой дистанции велся по нему огонь.
Подобная история повторилась 4-го декабря. В 23:02 (00:02 СК) капитан Душин, патрулируя на высоте 7000 м, впереди и выше себя увидел B-29. Бомбардировщик шел на восьмикилометровой высоте в лучах прожекторов. Душин пошел в атаку. Сначала скорость сближения была достаточно заметной, и нашему летчику удалось подойти к бомбардировщику на дистанцию 700-750 м. Но, как только B-29 сбросил бомбы, дистанция начала постепенно увеличиваться. Душину пришлось открыть огонь. Стрельба с дальности 700 м была неэффективной, B-29 вышел из СПП и ушел в море. В 23:20 (00:20 СК) Душин обнаружил второй В-29 и дважды его атаковал. В первой атаке стрельба велась с дистанции 300-400 м под ракурсом 1/4-2/4. Затем, когда бомбардировщик стал выполнять разворот, Душину удалось сократить дистанцию до 200-300 метров и под ракурсом 1/4-2/4 повторно открыть огонь одной длинной очередью. Во время этой атаки закончился боекомплект – все 225 снарядов. Несмотря на то, что Душин видел разрывы снарядов в носовой части фюзеляжа и на моторах «Суперфортресса», тот со снижением вышел из СПП и ушел в море.
Тех же бомбардировщиков атаковал лейтенант Хваленский. Подходя к первому В-29 он увидел, что по этому самолету ведет огонь капитан Душин, и предупредил коллегу, что подходит к противнику справа. Сблизившись на дистанцию 600-700 м под ракурсом 1/4 открыл огонь, но результатов своей стрельбы не увидел, так как был ослеплен дульным пламенем собственных пушек. Вторую атаку Хваленский выполнил с дистанции 500-600 м под ракурсом 1/4.
При атаке второго бомбардировщика первую очередь Хваленский выпустил с дистанции 500-600 м под ракурсом 2/4, а вторую – с дистанции 600 м под ракурсом 0/4. Эту "крепость" посчитали подбитой и зачислили на боевой счет капитана Душина и старшего лейтенанта Хваленского. В «Боевых действиях полка» приводится время атак Душина и Хваленского 22:56 (23:56 СК) и 22:55 (23:55 СК) соответственно.
В воздушных боях конца 1951 го было установленно, что для успешной борьбы с B 29 на высотах более 6000 м в условиях ограниченных размеров СПП, скорость, маневренность и скороподъемность Ла-11 были недостаточны. Если до сброса бомб скорость "Суперфортресса" равнялась 450 -460 км/ч, то после сброса она увеличивалась до 500- 510 км/ч. Таким образом Ла-11, находясь на достаточном удалении отпротивника, сблизиться с ним на дистанцию действительного огня в пределах СПП не мог.
Командованием 64 го ИАК был сделан вывод о необходимости использования ночью самолета МиГ-15. Из всех советских истребителей того времени он наиболее полно отвечал требованиям, предъявляемым к перехватчику самолетов, подобных B-29. Это было отчетливо продемонстрировано в дневных боях с американскими "крепостями". Кроме того, МиГ-15бис, основной истребитель 64-го Корпуса, был лучше Ла-11 приспособлен для ночных полетов. Установленное на нем оборудование для слепой посадки ОСП-48, включавшее в себя автоматический радиокомпас АРК-5 "Амур", радиовысотомер малых высот РВ-2 "Кристалл" и маркерный радиоприемник МРП-48 "Хризантема", значительно облегчало пилотирование МиГа ночью и в сложных метеоусловиях. Весьма ценным было и наличие на борту "биса" ответчика системы государственного опознавания СРО-1 "Барий-М". Его отметка на индикаторе кругового обзора (ИКО) наземной РЛС значительно облегчала офицеру наведения процесс управления своими истребителями и наведение их на цель. Благодаря установке на каждом из находящихся в воздухе МиГов своего кода бортового ответчика, офицер наведения мог не только отличать свои самолеты от самолетов противника, но и различать наши истребители между собой.
Более мощным было и оружие МиГа. "Лавочкин" имел три синхронные 23-мм пушки НС-23C. Вооружение МиГа так же было трехпушечным, но включало 37-мм пушку Н-37Д. Другие два орудия были те же, что и на Ла-11. В ноябре 1951 го в 64-й ИАК поступили первые 15 МиГ-15бис, на которых пушки НС-23КМ были заменены на НР-23, обладавшие в полтора раза большей скорострельностью. Естественно, что с учетом большей скорострельности, а так же большей массы 37-мм снарядов, вес секундного залпа МиГ-15 существенно превышал аналогичный показатель Ла-11. Кроме того, большим было и поражающее воздействие по цели снаряда пушки Н-37Д.
Но самым большим плюсом вооружения МиГ-15 оказалась его компоновка. Пушки МиГа располагались под носовой частью фюзеляжа, скрывавшей от глаз пилота их дульные срезы. В отличие от "пятнадцатого", оружие Ла-11 находилось в верхней части фюзеляжа под капотом двигателя прямо перед кабиной летчика. В результате, после первой же очереди дульное пламя пушек, особенно яркое в ночной темноте, на некоторое время ослепляло пилота "Лавочкина" и он, как правило, терял цель.Поэтому повторная ночная атака на Ла-11 была возможна только по хорошо освещенной цели. МиГ-15 был лишен этог недостатка.
Лучше было и прицельное оборудование МиГа. На нем был установлен автоматический стрелковый прицел АСП-3Н, впоследствии замененный на АСП-3НМ, более совершенный чем АСП-1Н Ла-11.
Единственным преимуществом "Лавочкина" была большая продолжительность полета, а следовательно и большее время патрулирования. Однако, это неоспоримое достоинство не могло компенсировать недостатки Ла-11 как перехватчика B-29, и переход на МиГ-15 был неизбежен. Впрочем, для борьбы с B-26 Ла-11 вполне подходил, и в этом качестве он применялся до середины 1953-го года, когда 351-й ИАП убыл в Союз.
В ночном небе Кореи МиГи начали действовать с 28-го декабря 1951-го года, когда из состава 196-го ИАП 324-й ИАД было выделено одно звено для прикрытия в темное время суток объектов в районе Аньдун. Начало подготовку к ночным боевым действиям и одно звено 303-й ИАД.
Чтобы не изматывать пилотов 351-го ИАП постоянными перелетами между Аньдунем и Аньшанем, решением командира Корпуса с 1-го января 1952-го года в Аньдуне постоянно базировалась одна АЭ ночного полка. Через каждые 6-8 дней базирования на передовом аэродроме эскадрильи сменяли друг друга.
За первый месяц 1952-го года "Лавочкины" 351-го полка и МиГи 324-й дивизии и управления Корпуса выполнили 127 вылетов на ночное патрулирование, проведя в небе 233 часа. Это была достаточно интенсивная боевая работа: каждую ночь патрули Корпуса находились в воздухе в среднем по 7,5 часов, делая по 4 самолетовылета. Однако, несмотря на большое напряжение сил, эффективность наших истребителей оставалась низкой: в январе был проведен только один бой с B-26, закончившийся безрезультатно.
Само по себе отсутствие сбитых самолетов противника было не так важно. Гораздо серьезней было то, что американским бомбардировщикам удавалось наносить удары по объектам, прикрываемым нашими "ночниками". В одном из январских ночных налетов "Суперфортрессы" подвергли бомбардировке аэродром Синыйджу. В результате бомбового удара было выведено из строя на сутки летное поле, уничтожено 4 Ла-9, 1 Як-11, 1 Як-18, 3 автомашины, повреждено 3 Ла-9, 1 МиГ-15, 1 По-2 и 85 мм зенитное орудие. Три солдата зенитной батареи получили ранения, погибли до 160 мирных жителей и свыше сотни было ранено. Более всего удручало то, что Синыйджу находился под "носом" у наших истребителей от аэродрома Аньдун его отделяла только река Ялуцзян. При этом "Суперфортрессы" остались безнаказаны.
Одной из причин низкой эффективности наших истребителей являлось малое количество МиГ-15, привлекаемых к боевым действиям в темное время суток. Одного звена было явно недостаточно. Исправить это положение в январе не представлялось возможным. Все силы 303-й и 324-й ИАД были направлены на отражение дневных налетов противника и на ввод в бой прибывших на их замену соединений. 324-я дивизия в начале января начала передачу матчасти в сменявшую ее 97-ю ИАД, и большую часть месяца вела боевые действия только одним полком. 31-го января последние самолеты были переданы 97-й дивизии, и на следующий день 324-я ИАД убыла в Советский Союз.
Со вступлением в войну 97-й ИАД ПВО, часть летного состава которой была подготовлена к полетам ночью и в СМУ, положение начало исправляться. Из 16-го и 148-го Гвардейского авиаполков, входивших в эту дивизию, было выделено по 4 экипажа. Из них сформировали ночную эскадрилью, которая с 20-го января начала вводные полеты. Через 10 дней эта эскадрилья приступила к боевым действиям.
И все же, несмотря на двукратное увеличение числа "ночных" МиГов, этих сил по прежнему не хватало. Поэтому было принято решение о переучивании части летчиков 351-го полка на реактивную технику. В феврале 1952-го пилоты одной их эскадрилий приступили к изучению МиГ-15.
Хотя переучивание отвлекло часть летного состава от участия в боевых действиях, в марте "Лавочкины" 351-го ИАП действовали успешнее, чем в предыдущие месяцы. Они провели два одиночных боя с B-26 и B-29. В бою 12-го марта старший лейтенант Елканадзе сбил "Инвэйдер". В 01:30 (02:30 СК) наш летчик обнаружил освещенный прожекторами В-26 и на высоте 1500 м атаковал его с дистанции 800 м под ракурсом 2/4, выпустив одну короткую очередь. Снаряды прошли мимо цели. Продолжая сближение, Елканадзе поправил прицел и под ракурсом 2/4 выпустил 2 очереди, израсходовав 60 снарядов. На дистанции 300 м огонь пришлось прекратить, так как самолет противника вышел из СПП. Результатов своей стрельбы ослепленный дульным пламенем Елканадзе не наблюдал, однако через минуту-полторы после окончания боя видел сильный взрыв на земле в 25-30 км северо-восточнее Черенган. Находящиеся в этом районе в воздухн старший лейтенант Курганов и майор Кабанов видели, что пушечные трассы Елканадзе обрывались точно на В-26 и наблюдали всплески разрывов снарядов на самолете противника. Удачные попадания по В-26 видели и прожектористы, которые отметили, что после второй очереди атакованный «Лавочкиным» «Инвэйдер» начал резко снижаться. Эта победа стала первой после четырехмесячного перерыва.
Тем временем в Аньшане полным ходом шло переучивание на новую технику. В марте первые 11 летчиков 351-го ИАП вылетели на МиГ-15 днем. Уже в апреле пошли ночные полеты. К маю 1952-го года в составе ночного полка стало 12 МиГ-15 и 18 Ла-11. Изменилась и структура полка. Его летный состав был сведен в две эскадрильи. Пилоты, освоившие реактивную технику, попали в 1-ю АЭ, которой командовал майор Култышев. 2-я АЭ под командованием капитана Душина продолжила войну на поршневых "Лавочкиных".
16-го мая 351-й ИАП всем составом перебазировался в Аньдун. Днем раньше приступила к боевым действиям ночью с аэродрома Мяогоу одна эскадрилья 147-го Гвардейского ИАП. Этот полк входил в 133-ю ИАД ПВО, в середине апреля прибывшую на Корейский ТВД. С вводом в бой двух эскадрилий МиГ-15 147-го Гвардейского и 351-го авиаполков, ночные задачи с 97-й ИАД были сняты, и она полностью переключилась на дневные действия. С середины мая командир Корпуса имел возможность одновременно привлечь к боевым действиям в темное время суток до 17 МиГ-15 и до 7 Ла-11.
В мае 1952-го года ночные истребители 64 го ИАК выполнили 180 самолетовылетов на патрулирование и перехват. В этом месяце, в отличие от всех предыдущих, основная нагрузка легла на реактивные МиГи. Однако, встреч с противником МиГ-15 не имели. При наведении с КП на B-29 нашим пилотам обнаружить противника не удавалось. В некоторых случаях, когда по данным РЛС наш истребитель сходился с бомбардировщиком, по команде с "земли" открывался огонь. Сбитых таким способом не было, однако попадания в цель были вполне вероятны и, возможно, несколько B-29 получили повреждения. Стрелки "Суперфортрессов" так же иногда открывали ответный огонь.
"Лавочкины" действовали успешнее. 2-го мая старший лейтенант Алексеев на истребителе Ла-11 был поднят на патрулирование. Через некоторое время после взлета с ВПУ поступила информация, что одиночный B-26 "работает" по мосту в районе Анджу. С земли дали курс на противника, но наш летчик не смог обнаружить его и решил спровоцировать стрелков "Инвэйдера", дав в его направлении короткую очередь. Экипаж B-26 не "клюнул" на эту уловку и начал разворот в сторону моря. С ВПУ подсказали о маневре противника и, вглядевшись в темноту, Алексеев увидел смутный силуэт самолета, лежащего в развороте. Не теряя ни секунды, летчик прицелился и открыл огонь из всех пушек. От сполохов дульного пламени пилот на некоторое время ослеп, а когда его глаза снова привыкли к темноте, увидел, что B-26 со снижением уходит в сторону моря и на его борту начинается пожар. Повторив атаку, Алексеев с большой дистанции вновь открыл огонь. Догнать "Инвэйдер" и добить нашему летчику не удалось - противник был уже над морем, и с ВПУ поступила команда прекратить преследование и возвращаться на свой аэродром.
16-го мая в 19:45 по команде с КП Корпуса на истребителе Ла 11 был поднят в воздух командир звена 351 го ИАП старший лейтенант Курганов. Летчику была поставлена задача способом патрулирования прикрыть объекты в районе Аньдун. "...В 20:00 (21:00 СК) ст. лейтенант КУРГАНОВ, патрулируя в районе СЯРЕНКАН, обнаружил самолет типа Б-26, освещенный лучами прожекторов. Ст. лейтенант КУРГАНОВ, находясь на высоте 2100 м, сблизился сзади до дистанции 100 м и под ракурсом 1/4 атаковал самолет противника, произведя одну длинную очередь. Б-26 загорелся и, постепенно снижаясь, стал уходить на юго восток. Ст. лейтенант КУРГАНОВ произвел повторную атаку сзади под ракурсом 1/4 с дистанции 100-50 м, сделав при этом две длинные очереди. Б-26, продолжая гореть, стал резко терять высоту. Ст. лейтенант КУРГАНОВ продолжал преследовать снижающийся горящий Б-26, произвел еще одну атаку на высоте 500 м с дистанции 25 м под ракурсом 1/4. После третьей атаки летчик наблюдал, как Б-26, разваливаясь в воздухе, упал в 10 км юго восточнее СЕНСЕН и взорвался. При выполнении третьей атаки ст. лейтенант КУРГАНОВ наблюдал в лучах прожекторов спускающегося парашютиста, который приземлился в районе 10-15 км юго восточнее СЕНСЕН. Бой длился 5 минут. Расход боеприпасов: НС-23 225 сн."
Июнь 1952-го года был переломным месяцем в ночной войне над "страной утренней свежести". Вылетая с аэродромов Аньдун и Мяогоу, "ночники" 64-го ИАК, 19 экипажей МиГ-15 и 6 экипажей Ла-11, действовали теперь не только в СПП Корпуса, но и в прожекторных полях ВВС КНР в районах Анджу и Хичхон. Наряду с патрулированием в зонах кратковременного ожидания (ЗКО) вблизи СПП, истребители направлялись на перехват бомбардировщиков противника на дальних подступах к охраняемым объектам вне СПП по наведению с КП Корпуса.
В июне "ночники" 64-го ИАК выполнили 135 боевых вылетов. Это было меньше, чем в мае, но их эффективность резко возрасла. В девяти июньских воздушных боях истребители сбили 4-B 29 и 1 B-26 и подбили 1-B 29.
Июньский боевой счет открыл в ночь с 5-го на 6-е командир эскадрильи "Лавочкиных" 351-го ИАП капитан Душин. В 22:37 он был поднят на патрулирование объектов в районе Аньдун. Но в этом районе противник не появился, и Душина направили в район Чонджу, где был обнаружен одиночный B-26. "...В 22:45 (23:45 СК) капитан ДУШИН, патрулируя в районе ТЭЙСЮ на высоте 1500-2000 метров, заметил трассу с самолета противника Б-26, который производил штурмовку наземных целей с высоты 500-600 метров. Снизившись до высоты 800 м, капитан ДУШИН стал производить поиск самолета противника, которого обнаружил на фоне луны на попутном курсе на дистанции 500-600 м, и начал с ним сближаться. Заняв исходное положение, сзади с небольшим принижением под ракурсом 0/4 с дистанции 100-150 м открыл огонь, дав одну длинную очередь. Избегая столкновения с самолетом противника, капитан ДУШИН энергичным отворотом вверх вправо вышел из атаки и наблюдал, как Б-26 горящим начал снижаться и произвел посадку на воду в районе 10-15 км юго восточнее о.Синби-то. Через некоторое время пламя на воде погасло. Вскоре после этого капитан ДУШИН наблюдал подход к месту посадки Б-26 катеров противника с включенными прожекторами.
По данным станции подслушивания ИАК, противник в период с 23:00 до рассвета и в течении дня 6.6 производил усиленный поиск сбитого самолета Б-26 и его экипажа... Падение самолета подтверждается местными властями и частями китайских добровольцев."
Сбитый Душиным B-26 стал последним самолетом противника, записанным на боевой счет летчиков Ла-11 64-го ИАК. Официальные итоги их девятимесячной боевой работы были таковы: сбито 5 B-26, подбито 2 B-29 и 1 B-26. В июне 1952-го "Лавочкины" окончательно отошли на второй план и, хотя продолжали использоваться, основная тяжесть борьбы с американской ночной авиацией легла на плечи пилотов МиГ-15.
351-й ИАП воевал в Корее до середины февраля 1953-го, когда для замены полка, уже более семи лет находившегося за пределами Советского Союза, в состав 64-го ИАК прибыл 298-й ИАП. 351-й ИАП был выведен из боев 16-го февраля. С его уходом в Советский Союз завершилась боевая карьера Ла-11 64-го Корпуса.

[Transit]

Во-первых, хочу правильно воссоздать порядок В-29. Вот в этой фразе он же указан так:

Виталий, считать нужно слева-направо, сверху-вниз. Звенья бомбардировщиков шли строем "клин", т.е. №1 (лидер) чуть впереди, а за ним №2 сзади-слева и №3 сзади-справа. То же касается двигателей - слева-направо.

В-третьих, сумело ли последнее звено «С» догнать два первых к концу боя, или оно так и оставалось в одиночестве?

Не только в одиночестве, но и рассыпалось к концу боя.

Transit, а какие конкретно данные говорят о восстановлении В-29, кроме тех, про которые есть упоминания, что они впоследствии ЛЕТАЛИ?

Данные приведены по анализу суммы источников (но основой являются книги по реестру Б-29 Роберта Мэнна). Для каждой машины приведены год и место передачи на утилизацию и похоже на месте вынужденной посадки никто из них не остался:
44-61816 - Кадена 1954, далее переделан в TB-29 (это пилотируемый самолет а не просто мишень)
44-61824 - Кадена 1954
44-86295 - Дэвис Монтан 1954
44-27347 - Дэвис Монтан 1954
44-87760 - Тинкер 1954

[Док_М]

У меня пока есть вопрос - это миф, или нет:

"..Они шли двумя четверками, строем «ромб». Меня сильно огорчило, что мой ведущий открыл по бомбардировщикам огонь с большой дистанции и его стрельба не нанесла им вреда. Он, не доходя до строя Б-29, левым боевым разворотом вышел из атаки. Я же решил продолжить атаку, так как рядом не было видно истребителей противника. Метров с 400 я открыл огонь по левому мотору одного из Б-29. Застучали пушки моей машины, и я на максимальной скорости промчался над бомбардировщиками. Левым боевым разворотом вышел из атаки, набрал высоту и тщательно осмотрелся. Ничего не увидел, кроме строя Б-29. Атакованный мной Б-29 отстал от строя и сильно горел.
Я решил атаковать еще одну «крепость» и ударил по ней, как и в первой атаке. Когда проскакивал над строем «крепостей», услышал сильнейший удар по своей машине. В голове пронеслось: «Попали, сволочи!» Но машина уверенно набирала высоту, пожара нет, и я направил самолет домой. Навстречу мне промчались несколько истребителей противника, но я избегал их атак. В эфире стоял сильный гвалт. Я благополучно добрался до Мяогоу, но шасси выпускал аварийно и, зарулив на свое место и выйдя из самолета, узнал, что повреждена была гидросистема и пробиты осколками ящики с боеприпасами, но, к счастью, все обошлось, и я записал на свой боевой счет две «крепости». {267}
После боя, дня через три, к нам в домик рано утром зашел командир полка Г.И. Пулов. Разбудил меня возгласом: «Николай, вставай, тебе стрелок с «крепости» письмо прислал». Я ему говорю, что не знаю никакого стрелка. Он в ответ подает мне лист бумаги, на котором была нарисована схема атаки группы Б-29 с одиночным «мигом» и письмо на английском языке. Здесь Пулов сделал перевод письма и отдал мне его на память. К сожалению, оно не сохранилось».

Это воспоминания Николаева по И.Сейдову.
В данном отрывке есть два момента - горение В-29 и письмо стрелка. Кроме борта Шилдса из звена "С", которого сбил, как установили Сморчков, потеряно только 2 борта - Фоулкса ("В") и Крумма ("А").
Горение отмечает и Оськин после стрельбы на встречных...
По американским данным точно сильно горел только 1 из двух - борт Фоулкса № 44-61940

атакован противником около 09:45, в момент разворота после сброса бомб. Двигатель №2 был поражен и загорелся. Попытки нейтрализовать пламя оказались безуспешными и командир около 10:00 дал команду на покидание. Самолет к этому моменту вошел в подстилающую облачность и находился на высоте 6120 м.

Про второй (Крумма есть только следующее:

42-94045 - атакован противником около 09:45, в момент отхода от цели. Снаряд разорвался сразу за двигателем №3, после чего самолет стал терять высоту, но находился в контролируемом полете. Упал в болотистой местности.

Оськин (по И.Сейдову) видел все 9 В-29, причём первая тройка шла плотным клином, а остальные шесть шли "фронтом звеньев".
Судя по всему, сначала пара Оськин/Самойлов атаковала именно первое головное звено, причём Оськин стрелял по ведущему, а Самойлов по крайнему правому: "..Оськин в это время со своей парой на большой скорости атаковал 3 Б-29, огонь открыл с дистанции 1600 м и закончил на дистанции 980 м. Огонь вел из трех пушек по ведущему самолету Б-29. В процессе ведения огня наблюдал разрывы на самолете Б-29, самолет отвалил от группы и со снижением ушел в южном направлении. Его ведомый гвардии старший лейтенант Самойлов также вел огонь по правому самолету Б-29, огонь вел из трех пушек с дистанции 2200 м и закончил на дистанции 1460 м..."
Если предположить, что это так, то Оськин атаковал в этом заходе звено "А", а у читывая данные Transit'а, можно даже сказать, кто по кому стрелял.
Оськин вёл огонь по ведущему (№1), т.е. Capt. Clarens I. Fogler (B-29 № 44-61816, 371 BS 307 BG), а Самойлов тогда атаковал борт № 3 Capt. Robert M. Krumm (B-29 № 42-94045, 371 BS 307 BG
Дистанция стрельбы Самойлова была очень большой и можно смело сказать, что борт Крумма сбил не он, а вот Оськин отметил, что "его" В-29 отвалил от группы и со снижением ушел. Дистанция, впрочем, тоже не малая, но... Известно, что борт Фоглера был тяжело повреждён:

вынужденная посадка в Кимпо. Более 500 пробоин. Восстановлен и модифицирован в вариант TB-29, окончательно потерян в столкновении с F-86 19.12.1955, когда эмитировал цель.

.
Но, если честно, то считаю, мало вероятным, что с дистанции 1 км можно наколотить за один заход на большой скорости 500 пробоин...
Не исключаю, что Оськин вообще не попал, а Фоглер, попав под атаку, просто стал выполнять разворот.
А вот во втором заходе, видимо, Оськин атаковал вторую "шестёрку" ("В" и "С"?):
"..Оськин, развернувшись вправо на 180 градусов, увидел впереди себя 6 Б-29, летящих в боевом порядке «фронт». Оськин атаковал на встречных курсах правый крайний самолет Б-29, огонь открыл с дистанции 730 метров и закончил на дистанции 440 м. Выход из атаки произвел над бомбардировщиками, в момент выхода наблюдал горение левого крайнего мотора самолета Б-29, атакованного им, после выхода из атаки ушел на свой аэродром..."
Тут всё зависит от того, какая из групп шла справа, а какая слева и не менялся ли порядок самолётов в звеньях. Если предположить, что правая (по ходу движения для американцев) группа была "В" (логично, что сзади идущие будут догонять слева, да и Оськин, видимо, атаковал того, кто был впереди, а не самый последний.
Тогда крайний правый для Оськина, это № 2 в звене "В", т.е. как раз Capt. James A. Foulks (B-29 № 44-61940, 372 BS 307 BG), который, как известно, горел:

Двигатель №2 был поражен и загорелся

. Двигатель, правда, по Оськину, должен быть № 1, но, считаю, что допустимо - главное - слева. Мог на скорости и в горячке мельком отметить, но не совсем точно.
Так что вполне вероятно, что именно Оськин сбил борт Фоулкса. Пока противоречий не вижу.

Дальше есть описание атак пары Бахаев/Дьяченко.
Судя по всему (как писал ранее Виталий

6 Б-29 являлись группой, которую атаковали наши истребители

, они атаковали именно группы "В" и "С". Это косвенно подтверждается тем, что сам Бахаев (по воспоминаниям его ведомого Дьяченко) видел даже не 6, а 5 В-29 ("..увидела пятерку Б-29 между двумя слоями облаков, и все мы ринулись с высоты на нее..").
Естественно 5, т.к. борт Шилдса из звена "С" к моменту атаки Бахаева уже выпал из строя и горящим садился на воду.
Бахаев "..атаку по самолетам Б-29 произвел сзади, огонь открыл по второму самолету Б-29 из трех пушек с дистанции 800 м и закончил на дистанции 340 м, по наблюдению летчиков Б-29, получил попадание снарядов..". Дьяченко стрелял по третьему: "..Открыл огонь по третьему Б-29 из всех пушек, видел попадания в самолет, а ведущий ударил по среднему Б-29. После атаки встретились в верхней полосе облаков.."
Если предположить, что Бахаев также, как и Оськин, атаковал во время этого захода звенья "В" и "С", а точнее именно "В", то тогда он должен был стрелять по ведущему № 1 (1st Lt. William E. Reeter (B-29 № 44-86295, 372 BS 307 BG), а Дьяченко - по № 3 (Capt. William R. Griner (B-29 № 44-27347, 372 BS 307 BG).
Ракурсы и дистанция у всех лётчиков отличные:

1В-29 Бахаев Д.880-215 R-1/4, 1В-29 Дьяченко Д.800-340 R-1/4

. Так что, полагаю, именно эти лётчики нанесли тяжёлые повреждения этим бортам:

44-27347 - вынужденная посадка в Кимпо. Сошел с полосы. Передан на хранение для последующей утилизации, но позже был восстановлен и эксплуатировался в 344-й баэ 98-й группы. Успел отметиться в авиационном происшествии 27.11.1953.
44-86295 - вынужденная посадка в Кимпо. Передан на хранение для последующей утилизации. Есть данные, что так же был восстановлен, но следов дальнейшей эксплуатации нет.

Впрочем, Бахаев провёл и вторую атаку:
"..выход из атаки со своим ведомым произвел проходом над бомбардировщиками с отворотом влево. В это время Бахаев увидел справа два Б-29 и правее их 8 «метеоров». Бахаев довернулся вправо и атаковал левый Б-29 сзади, сбоку, сверху, огонь открыл с дистанции 1200 м и закончил на дистанции 740 м. Выход из атаки произвел проходом над бомбардировщиками на большой скорости с отворотом вправо.."
Но её, судя по всему, не засчитали.
Вёл огонь он, очевидно, по оставшимся 2 машинам звена "С". Левым после потери ведущего Шилдса должен был оставаться № 2, который единственные повреждений в бою не получил: Maj. Donald L. Field (B-29 № 44-86395, 370 BS 307 BG), так что справедливо, выходит, не засчитали...

Шеварёв, видимо, так же вёл огонь по группам "В" и "С": "..открыл огонь из трех пушек с дистанции 1760 метров и закончил на дистанции 400 м. Его ведомый.. Медведев Ф.В. одновременно вел огонь из трех пушек с дистанции 2200 метров и закончил на дистанции 1450 м. Выход из атаки старший лейтенант Шеварев произвел проходом над бомбардировщиками с малым разворотом влево, после чего увидел впереди себя два Б-29, довернув вправо, атаковал один Б-29 сзади, слева на одной высоте. Огонь открыл из трех пушек с дистанции 1460 м и закончил на дистанции 440 м...".
Судя по всему, первой Шеварёв атаковал замыкающую группу "С" (?) и именно эта стрельба была признана победой (по данным Виталия). В той группе, как известно, один борт № 44-86395 повреждений не получил. а второй (1st Lt. Peter Dempsey (B-29 № 44-61824, 370 BS 307 BG) был перед этим обстрелян кап. Корниенко (из пары Сморчков/Корниенко).
Не исключено, что стрельба Шеварёва ещё добавила этому борту:

44-61824 - посадка в Кадене. Восстановлен силами подразделения

.

А вот кто атаковал ещё (кроме Оськина/Самойлова) звено "А" - вопрос.
Рискну предположить, что эта группа попала под атаку 17-го ИАП. В том описании приписано ещё 3 лишних В-29. Ещё раз осмелею и допущу, что реально видели именно 8 В-29, которые "..шли двумя четверками, строем «ромб»..", или "клин"+"ромб"
Это, как раз, вполне допустимо, т.к. в момент атаки, вероятно, уже сильно отстал и снижался борт Шилдса, сбитый Сморчковым.
Тогда именно 17-й ИАП атаковал головное звено "А". Там, правда, дистанции весьма велики:

1 В-29 сбил и 1 В-29 подбил Николаев Д.1000 R-1/4 и Д.600 R-0/4-1/4, 1 В-29 Бычков Д.1300-860 R-0/4, 1 В-29 Быков Д.1000 R-0/4-1/4

.
Впрочем, возможно предположить, что первая стрельба Оськина по машине ведущего Фоглера уже нанёс ему повреждения, а кто-то из пилотов 17-го ИАП добавил..
Тогда, учитывая ракурсы и дистанции, а так же воспоминания Николаева, я бы предположил, что именно он сбил борт Роберта Крумма Capt. Robert M. Krumm (B-29 № 42-94045, 371 BS 307 BG, причём, вероятнее всего в той стрельбе, где дистанция 600 м. Сам Николаев, правда написал ещё ближе "..Метров с 400 я открыл огонь по левому мотору одного из Б-29. Застучали пушки моей машины, и я на максимальной скорости промчался над бомбардировщиками. Левым боевым разворотом вышел из атаки, набрал высоту и тщательно осмотрелся. Ничего не увидел, кроме строя Б-29. Атакованный мной Б-29 отстал от строя и сильно горел..".
Тогда Бычков и Быков, соответственно, да полюс ещё Оськин ранее нанесли тяжёлые повреждения двум оставшимся бортам из звена "А": Capt. Clarens I. Fogler (B-29 № 44-61816, 371 BS 307 BG), Capt. James R. Lewis (B-29 № 44-87760, 371 BS 307 BG., что привело к следующему:

- 44-61816 - вынужденная посадка в Кимпо. Более 500 пробоин. Восстановлен и модифицирован в вариант TB-29, окончательно потерян в столкновении с F-86 19.12.1955, когда эмитировал цель.
- 44-87760 - посадка в Кадене. Восстановлен силами подразделения и передан в 343 баэ 98-й группы.

Второй (Льюиса)пострадал меньше. Рискну предположить, что по Фоглеру отработали, возможно, и три пилота - Оськин, а так же, вероятно, и Николаев с Быковым, т.к. у последних больно большая дистанция чтобы нанести самим тяжёлые повреждения, но вот все трое в совокупности вполне могли накидать эти самые 500 пробоин.
Тогда Бычков, скорее всего отработал борт Льюиса, который явно пострадал меньше.

Вот пока мои размышления.