Продолжаю наслаждаться цитатами из открытых источников
Повышенным вниманием к деталям жизни героя отличается и книга «Михаил Девятаев», изданная в прошлом году архивной службой Республики Мордовии. На 248 страницах подробно изложена биография Михаила Петровича с рождения до последнего дня жизни. Опубликованы десятки архивных документов, в том числе рассекреченные в последние годы. Но после их прочтения возникает вопрос: полностью ли публикуются эти документы или снова, как во времена цензуры, в них вычеркнули самое главное?
Самый важный из документов, представленных в книге, - протокол допроса Девятаева следователем отдела контрразведки «Смерш» ст. лейтенантом Потокиным. Документ не датирован, но, судя по всему, составлен 9 марта 1945 года, на следующий день после побега. Его выдержка занимает три страницы. Следователь подробнейшим образом выпытывает детали захвата самолета и маршрута полета, почему-то так ничего и не узнав от пленника самой секретной базы Германии о ракетах Фау-2.
Значит, советский летчик Девятаев, приговоренный фашистами к смерти и именно потому работавший в группе маскировки сверхсекретного оружия вермахта, чудом вырвавшись из этого ада, НИЧЕГО НЕ РАССКАЗАЛ следователю «Смерша» ни о существовании мощных ракет, ни о координатах их пусковых установок? Как можно истолковать этот факт? Как нерешительность? Скромность? А может быть, просто предательство?осенью 1945, Королев сказал, что пока не может «его освободить».
– Меня привезли в Брест, – рассказывал Девятаев. – Вскоре нас, три или четыре тысячи бывших военнопленных, погрузили в поезд и повезли в Россию. Выгрузились в Невеле. Встречали нас, как героев: музыкой, цветами и поцелуями. Секретарь обкома партии тогда еще Старорусской области речь произнес, пожелал трудовых успехов…
Приезжих разделили на команды и отправили кого куда. «Девятаевскую» – в болотистое место под романтичным названием Топки, где располагался… лагерь для заключенных. Местное начальство в отличие от фашистов, любивших пофилософствовать на манер «каждому свое», встретило узников попроще, но достаточно остроумно: надписью «Добро пожаловать!» над воротами.
– Документы отобрали, – рассказывал Михаил Петрович. – Все с нас сняли. Даже часы – ребята подарили – и те забрали. Пристроили валить лес. Проработал я там четыре месяца. А потом документы мне вернули и отправили младшим лейтенантом в артиллерию служить. В Казань вернулся в пятидесятых. Летчиком работать запретили. Пришлось идти в речники…— Михаил Петрович, а правда, что вы после побега из плена пятнадцать лет сидели? — иногда задают мне вопрос.
— Что же? Такие толки породили годы безгласности. Нет. Я не сидел в тюрьме. Эти слухи пора развеять. Но сразу же после побега мною, моими друзьями по экипажу особо не восторгались. Скорее наоборот. Мы подверглись довольно жестокой проверке. Длительной и унизительной


21Likes
LinkBack URL
About LinkBacks





Ответить с цитированием


