Провокационные полеты продолжались, даже усиливались, а некоторые пилоты становились все более агрессивными. Уже вечером 9 июля, через два дня после авиакатастрофы, два советских истребителя из 54-го гвардейского охотничьего полка в Вайноде снова полетели в сторону шведских самолетов над Балтийским морем. Еще один инцидент, произошедший через несколько дней, 12 июля, развеял слухи о преднамеренной советской эскалации. Затем советский летчик из находящегося поблизости 689-го гвардейского охотничьего полка в Нивенском осуществил провокацию против полетов шведов над Балтийским морем, аналогичную той, что совершил Жигулев, но, к счастью, без смертельного исхода.
Нагретая атмосфера привела к тому, что отдельные пилоты как со шведской, так и с советской сторон полагали, что авария произошла из-за преднамеренной атаки другой стороны. Считалось, что некоторые шведские воздушные флотилии подверглись провокациям со стороны вооруженных советских истребителей, и были мысли о вооружении, чтобы нанести ответный удар в случае дальнейших провокаций. А на другом берегу Балтийского моря советские летчики полагали, что смерть товарища наступила в результате преднамеренного нападения шведов. Российский летчик Николай Любимов, служивший тогда в 54-м гвардейском летном полку, назвал эти события «когда мы курили вместе со шведами и немцами над нейтральными водами». Один из его коллег, Зацепин, охарактеризовал события как «воздушные бои со шведами».
В Советском Союзе советские авиадиспетчеры сумели выяснить, что же на самом деле произошло. В результате обострения ситуации был издан специальный приказ о расширении процедур безопасности полетов советских летчиков-истребителей через Балтийское море. Вероятно, это ослабило влияние расстроенного настроения. В течение ближайшей недели было проведено несколько запусков советской готовности против иностранных самолетов, но, похоже, большинство из них намеренно оставались на расстоянии более тридцати километров.
Никаких контактов между Швецией и Советским Союзом из-за трагического инцидента не было. Таким образом, в ВВС и в Стокгольме сохранялась неуверенность в том, что же произошло на самом деле; Вам все еще нужно рассчитывать на противостояние? Что на самом деле имели в виду советские летчики?