Все, что я сейчас изложу, не более, чем мое личное мнение. По большому счёту, это все игры с обозначениями, рассчитанные на престиж. И раньше тоже старались по возможности поднять значение каждой отдельной работы, к примеру, создание новой модификации самолета поднять до уровня создания нового самолета. Если не на уровне официального обозначения, то хотя бы на уровне заводского (фирменного). Так было, к примеру, при создании в 1962 году Су-7БМ, в ОКБ и на серийном заводе эту работу представили под индексом С-24, и даже в заводском отчете завода N 126 за 1962 год она прошла под таким названием, а вот военные с этим не согласились, в результате, самолет получил индекс С-22М (Су-7БМ), ну, типа просто небольшая модификация.
Также и тут, при работах по Су-17, уже при проектировании Су-17М, т.е.при оснащении исходного Су-17 двигателем АЛ-21Ф-3 (изд. 89), в рекламном проспекте самолет поименовали как Су-21, но номер не прошел, в официальных документах всюду пошло обозначение С-32М (Су-17М). Дальше было еще несколько подобных попыток, в частности, при установке на Су-17М2 двигателя Р-29Б-300 (изд. 55Б), для самолета в отделе проектов использовался заводской шифр С-42, и предложения для официальных обозначений Су-19 или даже Су-21, но они так и не прошли, а остались и реально потом использовали С-32М2Д и С-32М2К.
А вот при работах по спарке и созданной на ее базе боевой машине (которые потом стали Су-17УМ и Су-17М3), в ОКБ начали использовать заводской шифр С-52 и вот на этот раз такой вброс прошел, возможно потому, что реально уровень конструктивных изменений по сравнению с предыдущими машинами был большой. Однако официального нового обозначения самолетам вновь не присвоили, и они снова остались лишь модификациями.
Так вот как-то, на мой взгляд...









Ответить с цитированием