Ну что же, как и обещал, поделюсь своими мыслями по поводу оценки эффективности боевой работы ударной авиации. Начнём с простых вещей - если была задача уничтожить мост, опорный пункт, здание вокзала, электростанции и т.п., и сброшенные бомбы разнесли их в щепки, то задание исполнено на пятёрку, а лётчики заслужили награду, ну или по крайней мере официальное поощрение. Ну как часто мы можем констатировать именно такой итог?
Возьмём конкретный пример:
Что мы видим? Вместо слова «уничтожен» в рапорте постоянно присутствует слово «повреждение», смысловое наполнение которого, при всей схожести, всё же отлично. Повредить цель можно очень по разному. На восстановление уничтоженного объекта могут уйти недели, а легкие повреждения могут вообще не ремонтировать до окончания войны. Степень повреждения объектов в рапорте не указана, так что мы можем предполагать любые варианты...Сообщение от Transit
Кроме слова «повреждение» меня в приведённых рапортах удивил ещё и выбор целей. Сам по себе приоритет в выборе основной задачи в виде выведения из строя ж/д коммуникаций вопросов не вызывает - это действительно одна из главных целей для ударной авиации. Но меня удивил сам факт - в течение года американская ударная авиация с эффективность порядка 90% наносит удары по одной из приоритетных целей, а та продолжает работать.
Сам собой напрашивается вывод про завышение результатов бомбо-штурмовых ударов американской авиации. А теперь зададимся вопросом - а могло быть иначе? Да, безусловно могло. Примеров успешных действий ударных самолётов в войнах середины ХХ века найти можно много. Осталось понять - какие факторы влияют на эффективность бомбо-штурмовых ударов в первую очередь и спроецировать их на Корейскую войну? Попробуем...
Для успешного выполнения любой сколь-нибудь серьёзной работы нужны специальные инструменты и хорошо обученный персонал. Это два главных «Кита» экономики, а война это по сути продолжение экономики другими средствами. Какие «инструменты» были в распоряжении американской штурмовой авиации? Это совсем не секрет - F-51, F-80, F-84, F-4U, F-9F. В «девичестве» все эти боевые машины были истребителями и использовались для ведения воздушных боёв на средних и больших высотах, да собственно и создавались они исключительно для этих целей. А за их штурвалами сидели лётчики-истребители. Такие вот дела...
Думаю, что даже на полигоне, где нет противодействия со стороны противника, а времени вагон и маленькая тележка, американские истребители-бомбардировщики покажут не ахти какой результат. Во всяком случае с первого раза, а вот дальше, при должном старании можно вполне повысить эффективность действий до некоторых высот, плюс всегда можно заменить качество количеством.
Таким образом можно сделать вывод, что для успешного проведения бомбо-штурмовых операций американским ВВС в Корее нужно было обеспечить свои ударные самолёты временем и числом. Говоря простым языком - американских самолётов должно быть много, а их пилоты должны иметь достаточно времени для проведения нескольких прицельных атак. И даже в этом случае гарантировать успешность воздушного удара нельзя, даже у специализированных ударных самолётов типа Ил-2 или Ju-87 с мастеровитыми пилотами это проходило далеко не всегда.
Это, так сказать, теория, и мне кажется, американское командование мыслило в этих же категориях - налёты старались проводить большими силами, а время для атак должны были обеспечить два «слоя защиты»: «Заслон» Сейбров и непосредственное прикрытие в виде тех же F-84, F-9F и Метеоров.
Теперь перекинем взгляд на нашу сторону. Главной задачей 64 ИАК было снижение уровня бомбо-штурмовых ударов по территории Северной Корее и Северо-Восточного Китая. Перекрыть полностью вражеские удары силами одного 64 ИАК было просто невозможно - 150 истребителей просто физически не смогут обеспечить перекрытие этой огромной территории от нескольких сотен вражеских самолётов. Поэтому и задачу руководство 64 ИАК ставило перед вверенными им частями скромнее - снижение уровня бомбо-штурмовых ударов...
А что для этого нужно было сделать, думаю понятно - во время массовых налётов американской штурмовой авиации сократить до минимума время нахождения ударных самолётов над целью. Причём, тут важно иметь ввиду тот факт, что полностью сорвать штурмовой вылет американцев в районах восточнее Ансю истребители 64 ИАК просто не могли - от момента засечки нашими РЛС крупных ударных групп до подхода к этому району МиГов проходило достаточно много времени. Во всяком случае, даже в самом идеальном варианте МиГи подходили к Ансю позднее американских ударных самолётов. Несколько лет назад на параллельном форуме уважаемый коллега Валентин, сам в прошлом лётчик-истребитель, штурманским расчётом эти выводы подтвердил с математической точностью. Причём, в тот момент времени Валентин ещё находился в нормальном историческом пространстве, а не витал в параллельных реалиях, так что верить этим данным вполне можно, и даже нужно.
Таким образом, истребители 64 ИАК позволяли провести американским ударным самолётам одну атаку по наземным целям, расположенным восточнее Ансю. Это, так сказать, данность. Однако, одна скоротечная атака в большинстве случаев сколь-нибудь серьёзных результатов не принесёт (об этом мы уже говорили чуть выше), значит идеальным результатом для Мигов и будет являться ограничение американских ударных самолётов на эту самую первую атаку. Вот такой простой вывод, который тем не менее, на мой взгляд, вполне уместен в нашем случае - то есть, при минимальном количестве первичных источников.
Кроме того, у нас имеется ещё один важный фактор, без учёта которого нельзя правильно оценить действия истребителей 64 ИАК. Я имею ввиду жёсткие ограничения на район боевых действий для советских лётчиков - им было категорически запрещено залетать за береговую черту Корейского залива и условную линию Пхеньян-Вонсан. Соответственно и требовать от советских истребителей срыва бомбо-штурмовых ударов врага за пределами этой зоны мы не можем.
Ответить с цитированием